bloody_icon (bloody_icon) wrote,
bloody_icon
bloody_icon

Categories:
  • Mood:

Нигилист-невидимка-4

Флигель
4.      Взаперти

Когда Савинкова заперли во флигеле, ему было о чём подумать после встречи с графиней.
Флигель оказался тесным, одноэтажным, без выхода на чердак. Потолок из белёных досок — рукой достать. За перегородкой, в сенях — кухонька с плитой. Комната большая, в сиреневых обоях, с кроватью, одёжным шкафом и ковром на стене, колченогим ломберным столиком, подпёртым сложенной газеткой, пустой этажеркой в углу, на средней полке которой приютилась треснутая мраморная пепельница и скомканный фантик с бросающимися в глаза буквами "Б" и "я".
За дверкой со стеклом, прикрытым кисейной занавесочкой, размещалась маленькая комната. Савинков отворил, стекло дзенькнуло. Комнатка была нежилой. Пол застелили газетами, по ним много ходили, отчего газеты сбились, смялись и порвались. На них темнела протоптанная дорожка и чёткие фрагменты сапожной подмётки после дождливого дня. Голубая табуретка с треснувшими ножками, небрежно заляпанными рыжим столярным клеем, казалась дивной гостьей. Ей было место в трущобах возле Балтийского завода, чтобы там свидетельствовать о вопиющей бедности — наследном качестве не первого поколения неимущей пролетарской семьи.
Савинков поёжился. В комнатке не было ни обоев, ни окон. Если вбить над табуреткой крюк — можно вешаться. В ней, должно быть, намеревались делать ремонт. Немедленно закрыл дверь. Стекло снова брякнуло.
"Дело дрянь, — подумал Савинков. — Кинули как карася в бидон. Сами тем временем что-то решают".
Его сопровождал финн. Когда закрывал флигель, в замке провернулся ключ. Савинков вышел в сени, толкнул дверь, она не поддалась. Наклонился к замочной скважине, прищурился. Юсси бдел на своём посту возле дровяника, дымил табаком. "Здоровый, чёрт", — снова подумал Савинков.
В большой комнате имелось окно, забранное второй, зимней рамой. "А что, если? — прикинул Савинков, но потом скептически усмехнулся. — Глупость". Взгляд с перекрестья рамы скатился на постель.
— Ты ведь этого хотел, Жорж Данден! — воскликнул он и плюхнулся на матрас.
Из одёжного шкапа торчала калоша, будто бы наблюдая. Её тупой сомячий нос, покрытый серой засохшей слякотью, просил угощенья в виде хорошего пинка. Савинков косился на неё, но ленился. Валялся, бездумно таращась между штиблетами, от сводя, то разводя их. В проёме темнел кусочек сеней. Из мрака, как жёлтый бриллиант, сияла замочная скважина. Если оттолкнуться от подоконника и с разбега пнуть по ней… Финн, Юсси, топор…
"Тюкнет впопыхах, не разобравшись, — Савинков вздохнул. — Действительно, зачем я побегу? Разве за мной что-то числится, ради чего стоит улепётывать сломя голову? Возникнут потом у товарищей многочисленные вопросы, не обоснуешь своего поведения. Или… Зачем караулят? В самом деле, не сдадут же меня… Не сдадут ли жандармам?"
Графиня Морозова-Высоцкая не производила впечатления твердолобой сторонницы режима. Изрядно в годах, но с осанкою, она встретила Савинкова в гостиной, богато и со вкусом обставленной, хотя и обветшалой. "Как и сама графиня", — тут же пришло на ум. И Аполлинария Львовна поняла, поскольку давно осознала сей факт и примирилась до полного великодушия к новым кощунникам.
— Выпьете со мной чаю, — она великолепным, исполненным достоинства мановением руки отослала Ежова, который безмолвно повиновался и растаял как тень. — И без титулов, прошу. Мы тут живём в новом обществе, по-простому.
Уселись за чайный столик, расторопно накрытый Марьей. Новенький изящный сервиз дрезденского фарфора радовал глаз.
— Поухаживайте за мной, Борис Викторович, — приободрила графиня слегка оробевшего Савинкова. — Вы, верно, устали с дороги?
— Добирался на перекладных, — беглый ссыльный скромно опустил глаза, взял хрупкий заварочный чайничек с золотым ситечком. — Одним рейсом опасался, чтобы жандармы не сняли с поезда. Ехал по-разному. Бежал я десятого числа, но…
Савинков замолк. Налил себе и стал помешивать ложечкой сахар.
— Окольными тропами, что вились пред вами в лесной глуши, возвратились к океану смерти.
— Как вы сказали? — вскинул голову Савинков.
— Повторить? — явила неожиданную прямолинейность Морозова-Высоцкая.
— Если не затруднит.
Графиня повторила. По спине Савинкова пробежал холодок. Не зная, куда себя деть, торопливо отхлебнул чай, обжёгся, поставил чашку, неприлично громко звякнув.
— Меня, наверное, ищут, — проговорил он, помедлив и находясь в смущении. — Вынужден был побеспокоить, несмотря на соображения конспирации, но и руководствуясь, прежде всего, ими... — он запнулся. — В Вологде Анатолий Васильевич Луначарский рассказывал мне о вас.
— Вот как, — морщины на лице графини разгладились. — Лестно. Помнит ещё.
Савинков легонько покрутил чашку, как бы поправляя.
— Расскажите о себе, — мягко подтолкнула графиня. — Кого из людей в ссылке знали?
И беглец выложил козырь.
— Адрес ваш назвала мне Екатерина Константиновна Брешко-Брешковская и снабдила рекомендательным письмом к вам. Вот оно. Прошу прощения.
Он надорвал подкладку на шляпе, извлёк сложенную четвертушку бумаги и с лёгким поклоном протянул Аполлинарии Львовне. Морозова-Высоцкая приняла ксиву, поднесла к носу лорнет.
— Другой разговор, — когда она дочитала, взгляд сделался почти дружеский. — Вы можете остановиться у меня. Место за столом найдётся. Здесь тихо. Если вы будете избегать пьяных дебошей и назойливости в отношении замужних дачниц, это позволит исключить полицию из круга общения. Глупости происходят от скуки, а скучно у нас не будет. Мы привлечём вас к революционной работе в пределах дачи, если вам угодно. Нам очень не хватает лишней пары рук.
Савинков замялся.
— А вы желаете навестить Веру Глебовну? — в лоб спросила графиня.
"И про жену знает? — молодой человек был сбит с толку. — Верно, Ежов разболтал, чума. Все всё видят, все всё знают, все треплются обо всём почём зря".
— Вера с детьми осталась в Вологде. Она вернётся в Петербург позже. Но даже если бы не поехала в ссылку, явиться к ней домой сейчас для меня кратчайший путь на Шпалерную. За квартирой наверняка установлено наблюдение. Всюду шпики, всюду глаза и уши.
Лицо графини выразило приличествующую моменту тень печали, которая пробежала и растаяла, подобно облачку на небосводе вежливого внимания.
— Я к вам потому и пришёл, что это наименее вероятно для охранки, и, как сказала Екатерина Константиновна, вы можете оперативно помочь перебраться за кордон.
— Сейчас возможности куда скромнее, а ряды совсем жидки, — печально сказала Аполлинария Львовна. — Я лишена возможности снабдить вас паспортом и даже проводника-контрабандиста для перехода границы взять неоткуда.
— Однако, — осторожно рискнул Савинков, — могу ли я рассчитывать на ссуду, пусть под определённый процент?
— В моём нынешнем положении это представляется едва ли возможным. Кроме того, единовременная помощь, пусть даже дворянину, идёт вразрез с моими принципами, тем более, под ссудный процент. Это не является отказом в посильной помощи, Борис Викторович. У меня вы можете найти приют на некоторое время. Воспользуйтесь этой возможностью, прошу вас. Ситуация способна измениться в благоприятную сторону, но этот момент требует определённого ожидания.
После сытного, пусть и вегетарианского завтрака на кухне, Савинкова разморило. Остаться на даче в Озерках или топать в город много вёрст с непредсказуемым результатом и риском? Он сделал выбор в сторону сиюминутных потребностей.
— Если вас не обременит моё присутствие, — смирился Савинков.
— Нисколько.
— Постараюсь не докучать.
— Вы разбираетесь в технике? — спросила графиня.
— Мои способности будет уместно отнести к области юриспруденции, — Савинков негромко кашлянул.
— Вы молоды, умны и получили прекрасное образование. Я познакомлю вас с Воглевым. Он вам всё объяснит. Обещаю, проведённое в Озерках время оставит незабываемые воспоминания.
— Покорнейше благодарю, Аполлинария Львовна.
— Марья приготовила постель во флигеле.
Савинков понял, что аудиенция окончена, и поднялся. В гостиную заглянула прислуга.
"Подслушивала", — утвердился в подозрениях беглец.
— Желаю сладких снов. Отдыхайте с дороги! Вам поможет Юсси.
Марья проводила в переднюю, где отирался финн. Проходя, Савинков то ли различил еле слышный шёпот, то ли — он не понял — уловил чью-то мысль:
"Барин, беги!"
Tags: Нигилист-невидимка
Subscribe

  • Пирамида Вэбоу

    Лень побеждает труд. Смерть побеждает лень. Любовь побеждает смерть. Игромания побеждает любовь. Соцсети побеждают игроманию. Соцсети победит…

  • Пятиминутка реализма

    Опять задребезжал телефон, и тут выяснилось, что Малянов, оказывается, уже снова был в комнате. Он чертыхнулся, упал боком на тахту и дотянулся до…

  • Целеуказание

    Быков ударил по тормозам. «Мальчик» встал как вкопанный. Космонавты полетели друг на друга, только зубы смачно хрустели о лбы. —…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments