bloody_icon (bloody_icon) wrote,
bloody_icon
bloody_icon

Categories:
  • Mood:

Бридер Иден-1

М1

Мартин Иден возвратился на землю.
Джек Лондон. "Мартин Иден"

Глава I

Герман Шмидт среди ночи спустился в велосипедную мастерскую, стараясь не разбудить жену. Читал книги, сочинённые её братом. Жёг в лампе керосин. Проверял, всё ли правильно понял. В который раз перелистал он "Позор солнца" и снова удивился.
— Шайзе, — прошептал Герман. — Тоффель шайзе…
Рассудок не обманывал. Перед ним была первостатейная чепуха, за которую могут платить только дураки.
Герман Шмидт должен был окончательно в этом убедиться, прежде чем выложить за гараж и автомобильную мастерскую немалую сумму, которую дал ему Мартин Иден. Брат жены был молодец, хотя деньги, которыми он швырялся с моряцкой щедростью, у него не задержатся. Именно из-за доброго расположения к шурину Герман считал себя обязанным сказать ему всё. Основательность заставляла честного немца придти и открыто поведать, что он думает об этих сочинениях, прежде чем потратить полученные за них средства.
Иначе будет неправильно.
Герман аккуратно закрыл сборник и поставил к другим книгам и журналам с творениями Мартина Идена, занимающими полочку над верстаком.
— Шайзе, — повторил он.

***
Мартин сидел в гостинице "Метрополь", не двигаясь и ни о чём не думая. Глаза его были открыты, казалось, он смотрит в окно, но Мартин ничего не видел. Он грезил наяву, но и грёзы почти не осознавал. Перед его внутренним взором появлялись какие-то картины. Лишь иногда краем сознания Мартин касался их, и тогда видения обретали ясность, достаточную, чтобы их понять. Белый ракушечный берег. Волны, бегущие на песок. Густая листва, пронизанная солнечными лучами. Но видения не стоили внимания, и Мартин снова терял их
В дверь постучали.
Стучали, возможно, не в первый раз. Мартин очнулся. Он подумал о гостиничном слуге, который принёс почту. Мысль о почте вызвала в мозгу представление о телеграмме с уведомлением об очередной публикации, о конверте с гонорарным чеком, о пачке газет с восторженными отзывами. Словом, о суете, отдаваться которой претило. Тем не менее, у Мартина было доброе сердце, он не хотел задерживать боя и крикнул:
— Входите!
Продолжая смотреть в окно, он против воли стал погружаться в прежнее оцепенение, пока за спиной не раздался сдержанный, но требовательный кашель. Он был так непохож на деликатное покашливание стряпчих из высшего света Западного Побережья или боязливое "ке-ке-ке-ке-ке" преподавательского состава, посещавшего обеды Морзов, что Мартин опомнился и вскочил.
— Герман! — воскликнул он с удивлением.
Зять выглядел смущённым. Казалось, он хочет сообщить нечто важное, но стесняется и не готов начать сам.
— Рад тебя видеть, — Мартин подошёл, протянул руку. — Всё в порядке?
— В порядке, — немец ответил крепким пожатием, но глаза у него забегали. — На неделе оформлю сделку по автомастерской.
— Уж не проценты ли с дохода ты пришёл мне предложить опять? — с грозным весельем спросил Мартин. — Помнишь, я обещал разбить твою дубовую башку, если ты ещё раз заговоришь об этом?
— Я о другом, — почуяв определённость, Герман Шмидт посмотрел в глаза. — Я решил, что должен сказать всё, что думаю о твоих сочинениях. Всю правду.
— Ты уже говорил о "Гадалке", — напомнил Мартин. — Сначала она тебе не нравилась, а когда меня принялись нахваливать все подряд, ты присоединился к их хору и даже пригласил меня обедать. Если ты пришёл хвалить меня дальше, я спущу тебя с лестницы.
Герман справедливо возмутился. Мартин был славный малый, но совсем зазнался. За честное предложение процента с дохода мастерской обещал разбить башку. За похвалу его творчества, которое хорошим назвать было трудно, грозился спустить с лестницы.
— А ты попробуй! — вскипел Шмидт.
Драться Мартин любил и умел, однако Герман был на пятьдесят фунтов тяжелее и превосходно держал удар. Вытолкать его из номера приёмами классической борьбы не получилось. Двойной нельсон у Мартина не прошёл, а из бра руле Шмидт ловко вкрутился. Неуклюжая возня быстро переросла в рукопашную. Они закружились по комнате, осыпая друг друга ударами. Если бы Герман догадался вцепиться и повалить на пол, Мартину ни за что не удалось выбраться из-под него, и тогда пришлось бы туго, но немец предпочитал использовать кулаки. Мужчины выглядели как два буйных вихря, налетевшие друг на друга. Поначалу ни один не одерживал верх, но потом Мартин стал выдыхаться. Годы писательского труда брали своё. Вдобавок, он сильно откормился за тучный период, а Герман каждый день работал в мастерской. Удары, которые прилетали в корпус, выбивали всё дерьмо, а те, что приходили в голову, рождали колокольный звон.
Они дрались уже полчаса и дошли до полного изнеможения. Мартин ничего не видел. Одурев от сыпавшихся на него ударов, Мартин изрыгал богохульные матросские проклятия, перемежающиеся со стонами боли, когда кулак противника достигал цели, или криком ликования, когда удачно попадал сам.
Они обливались потом и кровью, ослеплённые яростью борьбы, забывшие, зачем дерутся и с чего всё началось, не чуя ни страха, ни совести. Костюмы у обоих были разорваны, пена бешенства текла по губам. Никто не желал сдаваться, хотя силы были на исходе и начали подкашиваться ноги. Мартин бил и бил, и получал в ответ.
Наконец, приехала полиция, вызванная администрацией отеля.
Tags: Бридер Иден
Subscribe

  • Настоящий детектив

    Жорж Сименон за работой Вот так открываешь файл и с первого взгляда понимаешь, что видишь детективный шедевр. Стиль великого Маэстро буквально…

  • Криповая НФ

    Городской хоррор вполне может быть биологической научной фантастикой.

  • Сезон продаж близок

    Пора делать лунные календари.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments