bloody_icon (bloody_icon) wrote,
bloody_icon
bloody_icon

Category:
  • Mood:

БРИДЕР ИДЕН-3

tom5_424

Глава III

Вывод на общественные работы тридцатисуточников, как их называли, сколько бы в итоге не насчитал судья, в окружной тюрьме производили по физическому состоянию заключённых. Вскоре им предстояло вернуться на волю и занять прежнее место среди граждан своего класса. Начальник оклендской тюрьмы понимал, что на исправительные работы люди попадают самые разные, и не лютовал. Будь начальник тюрьмы поумней, он направил бы Мартина Идена в прачечную и хотя бы раз вызвал к себе в кабинет, чтобы познакомиться с модным писателем, но, то ли совсем не интересовался новостями литературы, то ли у него были свои резоны, однако общением с Мартином он пренебрёг и кинул его на тяжёлую работу.
Мартин Иден не боялся физического труда. Его молодой и крепкий организм мог осилить любую нагрузку. Первые недели его ставили копать траншеи, а к концу месяца перевели дробить щебень. Компания Элама Харниша прокладывала трамвайные линии на окраине Окленда. Предприятие стремительно ширилось, как любое дело, за которое брался Время-Не-Ждёт. С каждым днём требовалось всё больше рабочей силы, чтобы мельчить щебень, который привозили тоже из каменоломен Харниша. А поскольку это требовало дополнительных капиталовложений, делец снизил траты, договорившись за мзду с властями округа о выделении бесплатной трудовой армии.
Заключённых привозили из тюрьмы прямо на трамвае, в старых вагонах с продольными скамьями. Одна кандальная шеренга садилась с правой стороны, другая — с левой. Так и ехали напротив, глядя на соседей, пока трамвай не достигал конца рельсов, откуда начиналась дневная норма.
Мартин вскоре почувствовал, как тягучая тоска последних месяцев его отпускает, а душу заполняет жадная жажда жизни. Он бил молотом в податливый камень, а тот разваливался на части, уступая человеческому напору. Летели искры, глухо звенела кандальная цепь. Мартин колотил, словно по голове судьи Уизерспуна, а осколки щебня рассыпались в разные стороны, колючие, как его слова.
К вечеру их загоняли обратно в вагон и везли в тюрьму пересчитывать, ужинать и спать. Отслуживший давно состав скрипел и трясся, опасно кренясь на поворотах. Вагоны тоже стояли в трамвайном парке Харниша и теперь были пущены в дело с присущим тому прагматизмом — дорабатывать оставшийся ресурс на перевозке человеческого мусора, после чего должны были пойти на слом. Человеческий мусор после перековки трудом имел возможность стать полезными винтиками в механизме экономической машины. Тридцатисуточники не все были кончеными. Многие охотно рассказывали, за что угодили, и их мелкие нарушения заключались в бродяжничестве, да дебоширстве.
— Три месяца за разбитую губу? — смеялись над Мартином, выслушав его историю. — Судья давно держал на тебя камень за пазухой. Сам пойми, старый перец знал за тобой какие-то косяки, но дотянуться руки были коротки. Вот сейчас он и отыгрался на всю катушку. За что? А ты прикинь своей бестолковкой. За много чего, должно быть. Ты не знаешь Уизерспуна? Не встречал его раньше? А кого ты знаешь кто его знает? Ты вообще за один стол с такими не садился? Ну, и правильно!
Среди людей из простого народа, с их грубой речью, Мартин чувствовал себя своим, от чего, как думал ранее, отвык. Это на воле казалось, что их разделяет стена из тысяч прочитанных Мартином книг. Однако, стоило оказаться скованными одной цепью, как неодолимая стена развеивалась подобно дыму. Всю жизнь он прожил среди рабочего класса, и чувство трудового товарищества было второй натурой Мартина Идена. Теперь вокруг были бродяги и полицейские. Единственный человек круга буржуазии, к которой Мартин прежде тянулся из-за Руфи, был судья Уизерспун, но тот сам низверг его в бездну. Ничего не оставалось, как влиться обратно в ряды пролетариев.
Однажды утром его сковали рядом со старым ирландцем. Крепкий пропойца с Телеграфной горы угодил за решётку, как все ирландцы-тридцатисуточники, за драку. Весь день старый хрыч ругался последними словами и нехотя стучал ломом, так толком ничего и не сделав. Зато он оказался хорошим слушателем, а Мартину только того и надо было. К вечеру он выложил соседу всё, что познал и прочувствовал со дня знакомства с Руфью, и спросил, почему получилось вот так?
— На тебя свалились деньги, жизнь утратила для тебя цвет, — объяснил старик.
Незамысловатые слова дремучего ирландца так поразили Мартина своей глубиной, что он не выдержал и заорал:
— На меня свалились деньги и ушибли меня! Я скидывал с себя этот груз на кого только мог, но так и ходил пришибленный, пока Герман сам не ушиб меня, как умел.
Счастливый случай, который вознёс полудикого матроса в общество цивилизованных людей, снова метнул его в спасительную даль, вливая силу духа в пустую оболочку бесчувственного тела.
Последние годы он жил в высоких сферах поэзии, прозы и социальной философии, до которых сумел допрыгнуть ценой неимоверного напряжения сил, а теперь оказался в грязном болоте.
Куда, если использовать в рассуждении логику, его привело бережно пестуемое им искусство. Мартин Иден обдумал эту мысль и сделал соответствующий, с категоричностью заключённого, вывод.
— Я больше не напишу ничего, кроме фамилии на банковском чеке, — обещал во всеуслышание Мартин, когда они ехали обратно в тюрьму, и весь вагон дружно заржал над ним.

***
Невозможно сидеть в окружной тюрьме и не встретить знакомого.
Мартин встрепенулся, когда утром на тюремный двор вывели приметного брюнета с густыми усами и усталой белоснежной улыбкой видавшего виды циника. Он держался с достоинством среди пёстрой толпы арестантов. Перед построением заключённые хаотично перемещались по двору, чтобы пообщаться с кем надо, пока их не сковали цепью. Мартин узнал Крейза, одного из "настоящих подонков", с которыми его познакомил Бриссенден. Бывший университетский преподаватель философии чувствовал себя в тюрьме как дома. Мартин протолкался к нему, и вот — уже пожимал руку. Крейз не удивился.
— Вот где ждал вас увидеть, — с присущим ему фатализмом заявил Крейз. — Самое подобающее место для честных людей.
— А вы честный человек? — спросил Мартин Иден.
— Нет, — без зазрения совести ответил Крейз. — И никогда им не был.
— Почему? — спросил Мартин.
— Мне это не нужно. Совесть — фикция, с которой примиряются слабаки и трусы.
На сердце Мартина полился мёд. По крайней мере, хотя бы один день не обещал быть скучным.
— Надолго намерены задержаться в нашем отеле?
— Тридцать дней. За бродяжничество. Вчера я работал в прачечной, осталось двадцать восемь.
— Двадцать восемь! Так мы освобождаемся вместе, — обрадовался Мартин. — Нагонят, пойдём в бар, я угощу вас пивом.
— Предпочитаю односолодовый виски, — заявил Крейз.
— Без проблем.
Раздалась команда строиться. Мартин ухватил профессора за рукав, чтобы тот не отбился с непривычки, и удержал подле себя в шеренге.
— Только не ждите, что при освобождении вам вернут изъятые деньги, — напомнил тот.
— Мне вернут чековую книжку, — сказал Мартин. — Этого достаточно.
После переклички на левую ногу каждому надели железный обод с замком, в дужку которого пропустили цепь. Приготовленные к эксплуатации кандальные шеренги вывели за ворота тюрьмы и рассадили по вагонам. Трамвай заскрипел и поехал.
— Что погнало вас на улицу? — поинтересовался Мартин, который помнил, как совсем недавно выписал Крейзу чек на тысячу долларов в благодарность за хорошо проведённый вечер. — У вас же были чудесные апартаменты на весь этаж в трущобах возле Маркет-стрит.
— Мы их сожгли, — объяснил Крейз.
— Но зачем? — едва не воскликнул во всеуслышание Мартин.
— Нам так захотелось.
Крейз испытующе глядел на него, и тем напомнил Мартину хладнокровного дикаря Соломоновых островов, который спокойно и неторопливо изучает слабые места матроса на палубе вербовочной шхуны.
"Если ты не едешь в южные моря, южные моря сами приезжают к тебе", — подумал Мартин Иден, и билет на "Марипозу", просроченный по вине судьи Уизерспуна, больше не казался ему потерянным впустую.
Tags: Бридер Иден
Subscribe

  • Настоящий детектив

    Жорж Сименон за работой Вот так открываешь файл и с первого взгляда понимаешь, что видишь детективный шедевр. Стиль великого Маэстро буквально…

  • Криповая НФ

    Городской хоррор вполне может быть биологической научной фантастикой.

  • Сезон продаж близок

    Пора делать лунные календари.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments